Визит в Красноярскую Епархию, 2005 год

24.09.2005.

         Сегодня, из Подгорицы до Белграда и дальше, самолетом прибыл в Москву. Меня встречают Архиепископ Красноярский Антоний и Архимандрит Антоний, настоятель нашего Подворья в Москве. Вот уж который раз я здесь, в царском граде. Из Шереметьева по широкой магистрали едем с Владыкой к аэропорту Домодедово. Сначала обед в японском ресторане ''Канпай'' (= ''на здоровье'') – первый раз в жизни ем японскую пищу (неумело пользуюсь палочками), затем после долгого ожидания, до часа ночи, отправляемся в Красноярск.

         В России, в Москве, все большое, все широкое: аэропорты, улицы, здания. Грохочет, светится многомиллионный город, он подобен Риму, Парижу, Нью-Йорку. Но, в нем таится что-то особенное, отличающее его от других: соприкосновение с бесконечным, необъятным…

         В разговоре с Владыкой вспоминаем ураган, обрушившийся на Америку, он оставил без крова, изгнал с родных очагов миллионы людей, множество людей погибло. Не радуясь чужой беде, размышляем: Смиряет Бог Америку, воздает ей по ее грехам..Это может случиться и с нами… Американцы ли самые ли грешные?..

         Ночь, самолет бороздит бескрайние пространства России, в  сторону Красноярска, Архиепископии равной по величине трем территориям Франции... Мы прибудем туда в 9:30 по местному времени. На наших часах сейчас 12:10 – полночь...Стюардесы, которые обслуживают пассажиров, такие же как и в Америке, Европе...Города, строения, архитектура, одежда, поведение,  характер общества, образ жизни и образ мыслей становятся одинаковыми во всех концах света. В действии глобальная уравниловка, невиданная в истории человечества. Мир во многом превращается в оруэлловский обезличивающий порядок, для которого «кроят шапку» технология и машины, роботизированная механизация. В этой глобальной планетарной деревне, есть ли где-то, где-то существует ли, где славная Черногория? Снова спрашиваю себя…. «Соломинка среди вихрей…»

         Над Сибирью рассвет, на горизонте четкая линия, словно открывающая бесконечность. Самолет приземляется в Красноярске. Ночи словно не было, стрелки показывают шесть часов разницы с нашим временем. По дороге к дому Архиепископа Антония проходим сквозь шеренгу берез, позолоченных осенней листвой, и сосен.

25.09.2005.

Служим Литургию в Храме Святой Троицы, он находится на кладбище (здесь есть и сербские могилы времен Колчака и Октябрьской революции), вместе нас - двое Владык, 15 священников и дьяконов. В Храме собрался народ Божий, дети поют как ангелы. Причащаем народ. Церковь возраста Христова сохранилась как закваска в период большевизма, в советские времена. Церковь живет и перерождается...

Во время трапезы раздается здравица за здравицей, такое есть только у русских, под песнь «Многая лета», которая повторяется по сто раз.

После обеда при Церкви Святой Троицы, мы посетили часовню Святой Великомученицы Параскевы, на Караульной горе, на месте, где казаки больше 330 лет назад воздвигли крест, в знак того, что Сибирь принадлежит Российской Империи. От часовни открывается панорама города Красноярска, и вид на одну из прекраснейших рек, которую нам когда-либо довелось видеть – Енисей. Поклонились мы Господу и у храма святителя Николая, восстановленного из руин, возведенного в память «пострадавших во все времена от репрессий». Отсюда шли на гибель вереницы людей, их убивали и бросали в Енисей, особенно в период после революции. Поистине, Сибирь, как было сказано в здравице, «кровью мучеников обагренная земля».

В завершение мы посетили ''смотровую площадку'' – ''площадь смотра'', созданную на узкой скале над чудесным Енисеем. Сказано об этой реке, что в некоторых местах ее ширина достигает 12 километров! Весь простор вокруг позолочен осенними березами. Все дышит покоем, чистотой и бесконечностью. На деревьях  тысячи лоскутков, завязанных на ветках,  их оставляют буддисты, или кто-то еще, а может новобрачные, как обет прочного и нерушимого брака…

Вечером ужинаем в Епархиальном доме, у Владыки, вместе с несколькими его главными сотрудниками и губернатором Красноярского края Александром Хлопониным, молодым человеком, способным, открытым для Церкви и ее нужд. Снова поднимаются и произносятся долгие тосты. Поднимаю здравицу и я, вспоминаю всех русских, которые вплетены в ткань моей жизни со времен учебы в Богословии: дьякона Павла Пудла, о. Виктора Церевского, и до сегодняшнего дня, вспоминаю русских писателей и богословов, оставивших след в моей жизни: Достоевского, Флоровского, Шмемана, Мейендорфа и других.

Трогает сердечное гостеприимство Владыки, все организовано в безупречном порядке.

26.09.2005.

Сегодня посетили Красноярский государственный педагогический университет. Нас встретил заместитель Ректора и  всех заведующих кафедр Университета. В университетской аудитории я прочел лекцию преподавателям и студентам на тему ''Человек – носитель вечной жизни''. После ответов на вопросы, мне было вручено ''Благодарственное письмо'' от Законодательного отделения Красноярского края ''за вклад в объединение между народами», или как это там сформулировано… К сожалению, невозможно себе представить, что нечто подобное может произойти в Университете Черногории, в Подгорице. Там еще царит дух  марксистского ''апартеида'' по отношению к Церкви.

По окончании этого торжества мы побывали в Покровском кафедральном соборе Красноярска, это единственный храм, который не закрывался в советское время. Он напоминает катакомбы, о чем я сказал в своей проповеди народу. Хотя и Владыка говорит, что он маленький, но он не мал, потому что ''намолен'' и потому что он хранит собор, который длится в веках и вливается в Царство небесное. Были мы и Красноярском музее, известном во всем мире, там наряду с палеонтологическими и этнографическими экспонатами, многочисленными иконами и предметами старины, я увидел один современный плакат с надписью: ''Коммунизм - чума XX века''.

Нас ждал долгий путь в Лесосибирск, примерно 250 километров. Мне выпала возможность радоваться сибирским красотам. Бескрайняя сибирская земля, позолоченные березы и зеленые сосны провожают нас всю дорогу до самого города, основанного тридцать лет назад. Словно конная гвардия, выстроившаяся в ряд по обе стороны дороги, нас встречает и остается за нами тайга, где-то перемежающаяся пашнями, зарослями сорняка, узорами редких деревень. Путь пролегает вдоль Енисея, где-то уклоняясь в сторону, где-то, совсем рядом с ним. Перед въездом в Лесосибирск мы сошли на берег, чтобы прикоснуться к нему, и слегка перекусить. Мощная широкая река, самая прекрасная из всех, какие мне приходилось в жизни видеть. Разноцветные камешки, валуны, обтесанные водной стихией, оставшиеся на берегу привлекают взор своей разноликостью. Беру на память несколько камешков. Холодный ветер вздымает речные волны, накрапывает дождик, зябко. Владыка дает мне сибирский кожух, пьем из термоса горячий чай, он действует на душу и тело как бальзам. Продолжаем путь. Белоствольные березы, с узорами черных пятен, вызолоченные желтой листвой, напоминают незабываемые пейзажи Бориса Пастернака из романа ''Доктор Живаго''. Прибываем в  Лесосибирск около 18:30 по сибирскому времени (у нас это 12:30^h – шесть часов разницы).

Выстроившись в длинную шеренгу нас встречают ученики Казачьего кадетского корпуса в формах. Идет праздничная служба – Всенощное бдение, Крестовоздвижение, уже начинается утреня. Храм большой, новый, переполнен народом, такой народ можно видеть только в России, больше нигде в мире. Хор поет чудесно, служба течет благообразно, по порядку. По благословению Владыки,  я первый совершаю воздвижение креста в конце утрени. Меняемся пять раз. Хор и весь народ поет стократно ''Господи помилуй''. Впечатление, что ты не на земле, а на небе. Обращаюсь к народу на отпусте, после Владыки. Говорю о триединой тайне Креста, на основании толкования Святого Григория Паламы. Народ впитывает каждое слово. Трапеза в крипте храма. Опять здравицы под пение ''Многая лета'' бессчетное количество раз. Присутствует и ктитор, ''строитељ'' храма. Узнаю: этот прекрасный храм воздвигнут только что, еще идут работы. Проектировал его настоятель храма протопресвитер Андрей Юревич, он архитектор. Центральная луковица храма устремлена в небо, вокруг нее 12 малых куполов – представляют Апостолов, собранных вокруг Христа. Храм выстроен из кирпича, величественный, особенно это можно видеть, и созерцать на рассвете. Первый храм в этом городе.

Утром служба начинается в 9^h. Также как и в прошедшие дни, я возглавляю службу, мне не всегда легко сориентироваться. Наша служба, даже архиерейская, упрощена, а  здесь это особое искусство, все действуют в совершенном порядке: от послушника до чтеца, сопресвитера, дьякона, хора, все течет в дивном согласии. Было бы невозможным заставить сербов так слаженно «исполнить» эту литургическую симфонию. Снова, после причащения народа, который также, от ребенка до старца, притекал к причастию в беспрекословном порядке и благочестии. Я произносил проповедь о Кресте, как символе Христовой, вселенской, всетварной, человеческой – жертвы, жертвенности. Жертвы как тайны неизреченной любви, которая «не ищет своего»,  которая видна и в яблоке, и в груше, и в солнце, воде, земле, человеке, когда он живет христообразно...

Вновь обед в крипте, вновь многолетствия, здравицы...

Мы прощаемся с этим чудесным Храмом и народом и движемся в направлении Енисейска, посетив предварительно Православную гимназию и Казачий кадетский корпус, в котором учится около 180 учеников. Кадетство восстановлено после падения коммунизма, цель – возрождение доблести казачьих кадетов, веры православной, культуры, благородства и героизма. Там я получил от кадетского полковника и директора школы, Кадетский крест, как знак отличия. Школа близко сотрудничает с Церквью, в школе есть свой священник, есть часовня, посвященная 'Императору Николаю II. Какие же изменения произошли только в течение пятнадцати лет!

Енисейск древнейший город Сибири. Казаки пришли сюда в начале 17 века (1619.г.) и начали присоединять бескрайние земли - сибирскую тайгу и тундру, до Ледовитого океана, к великой Российской Империи. К тем временам восходит и основание двух монастырей, которые мы посетили – мужской Спасо-преображенский и Святоиверский Воскресенский женский монастырь. Мужской монастырь возвращен Церкви 15 лет назад,  службы проходят только в Преображенской часовне, остальное все еще находится в разрушенном состоянии. Основал его пустынник Тимофей, которого застали казаки, пришедшие в эти края. Затем монастырь был превращен в фабрику пива. Сегодня в монастыре несколько монахов. Настоятель монастыря слабого здоровья. Энергичный монах Варахиил угощает нас монастырским квасом. Монастырь, разореный в советские времена ждет возрождения, оно только началось.

В женском монастыре около двадцати сестер, во главе с  игуменией Варварой. Монастырь возвращен Церкви шесть лет назад, но трудолюбивые сестринские руки уже восстановили два храма, дом. В Храме Воскресения была кузница, в Иверском – нечто подобное. Глядя на сестер монахинь, я был потрясен до слез. В приветственном слове я вспомнил русских монахинь изгнанных в  Сербию, которые стали закваской нашего женского монашества. Чудны пути Господни и тайны Его Божественного Промысла...

Согретые сестринской любовью, одаренные подарками, возращаемся в Красноярск. О.Варахил рассказывает нам, что когда они принимали монастырь, на храмовых вратах было написано: ''Конец религии''.

Обратный путь в Красноярск. Погода временами облачная, но чем ближе к Красноярску – лучи осеннего солнца делают березы еще золотистее, а Сибирскую тайгу теплее, озаряя ее небесным сиянием. По пути записываю в блокнотике вот эти слова стихов, рифмуя свои впечатления от увиденной красоты:

Березы и сосны

Словно живые создания

Разбросались по долинам

по бескрайней тайге сибирской

Белоликие березы златотканные

Сосны золотят

А те им, своим сестрам,

Зеленью жизнь даруют

Обнимая друг друга, и соприкасаясь

В сиянии закатных лучей

Объятые бескрайностью

Сибирского неба

Что всех призывает в недра

Божественной вечной красоты.

В Епархиальном доме, в (Епископском дворце?) нас ждет торжественный прием и трапеза. На приеме присутствует  градоначальник миллионного города Красноярска  Петр Иванович  и его сотрудники. Конечно, и здесь не обходится без череды здравиц, которые начинает и завершает речистый и неутомимый в гостеприимстве Владыка. Благодарю и я, его и градоначальника, за удивительное гостеприимство. Вспоминаю и это - „нас и русских двести миллионов“ (добавляя шутливо – „а без них два грузовика'' – камиона) и здравицу времен Царя Николая: „Во славу Божию, и здравие Русского Царя“. Выражаю и „зависть“ Владыке в том, что у меня в Черногории нет таких губернаторов и градоначальников, а вместо них др. Мугоша и ему подобные....

Около трех миллионов и 700 тысяч жителей Красноярского края находятся под управлением губернатора, со всеми богатствами, которыми наделил Господь землю Сибирскую до самого Ледовитого океана....

Красноярск, который по сути центр и сердцевина  бескрайней России, поистине перерождается и за ним великое будущее, с такими людьми и таким окормлением, во главе с  Архиепископом Антонием, в духе древнего и вечно нового согласия – православного, церкветворного, державотворного, согласия, как я сказал в своем благодарственном слове, вписанного в  психофизическое устроение человеческого бытия, то есть в отношение и взаимопроникновение души и тела…

Воистину, такого гостеприимства и такой братской любви, которую я встретил за эти 3-4 дня на святой Сибирской земле ''ни в Израиле не нашел'', то есть, встретил, мог бы сказать, впервые в жизни.

Здесь переживается сила тайна Церкви Христовой, вселенской, единой, святой, соборной и апостольской, в которую призваны все люди и все народы земные.

Слава Богу за все!